Кинорежиссер Роман Бондарчук: «Чтобы развивать украинское кино, нужно создавать на него моду» Фильм молодого украинского режиссера Романа Бондарчука получил приз зрительских симпатий на фестивале восточноевропейского кино GoEast, проходившем в столице немецкой федеральной земли Гессен Висбадене. Журналистам «Правды» Роман рассказал о своих работах, планах на будущее и вариантах выхода из украинского кинокризиса.

 

– Первый вопрос, возможно, покажется банальным, но почему вы выбрали профессию режиссера, ведь в Украине она до сих пор не востребована?

– В херсонском киновидеопрокате работал киноклуб. По четвергам туда приходил психоаналитик и в небольшом 50-местном зале мы смотрели по-настоящему важные фильмы: «Фанни и Александр» или «Полет над гнездом кукушки». Затем пили чай из большого самовара. Тогда по всему городу выключали свет для экономии, и директор кинопроката Вера Ивановна стояла в дверях и следила за фильмом. Как только начинались финальные титры, она включала самовар в розетку. Фильм заканчивался, самовар вскипал, и зал погружался в темноту. Тогда мы зажигали свечи и вместе с психоаналитиком анализировали ситуации, роли и стереотипы поведения людей в разных ситуациях. Чтобы лучше во всем разобраться, он вызывал на площадку перед экраном нескольких зрителей, и они разыгрывали какую-нибудь сцену из фильма. Все остальные активно включались в режиссуру этих сценических отрывков. Иногда нам даже казалось, что получается не хуже, чем в оригинале. В один из таких вечеров я понял, что люблю кино, что хочу делать только кино, что у меня есть свое видение, и оно нравится другим людям.

 

– Как возникла идея снять документальный фильм «Радуница»? Чем привлекла эта тема?

– Я прочитал рассказ Дарьи Аверченко о Радунице – дне поминовения предков. Он о том, как празднуют Радуницу в родном селе ее папы – Клюсах, на границе с Россией и Беларусью. Родственники из трех сел, разделенных границей, раз в год собираются на кладбище в украинском селе, обнимаются, спорят о жизни, государствах, политиках, ссорятся, снова мирятся, обнимаются и расходятся восвояси тайными тропами в свои государства. Поблизости нет официального пропускного пункта через границу, люди вынуждены скрываться от пограничников, пробираться лесами, болотами, реками... Рассказ мне очень понравился, и мы решили снимать фильм. Села оказались совсем оторванными от цивилизации: без врачей, участковых, почты, даже магазина. Люди там живут как 100 или 200 лет назад – пекут хлеб в печи, пьют воду из рек. Из признаков цивилизации у них есть только электричество и телевизор. Дедушки и бабушки любят смотреть новости по вечерам обсуждать своих политиков. Но их мир так далек от мира новостей, что его приходится облекать в понятную форму. Вот они придумывают ходу целые мифы на основе телесюжетов. Показали им Тимошенко, Януковича и Ющенко, а в пересказе тут же – «жили два мужика и одна женщина...». Вывод такой: расстояние между политиками и простыми людьми намного больше, чем между простыми людьми, пусть даже они живут в разных странах. И плевать они хотели на всякие границы. В апреле фильм получил главный приз в документальной секции на фестивале GoEast в Висбадене. Еще — первый приз во Всеевропейском конкурсе «Все люди рождаются свободными и равными», который проводил Институт им. Гете и Немецкий фонд «Память и будущее». Эти организации издали диск с фильмамипобедителями, устраивали презентации во всех странах, где есть институт Гете, показывали фильм в спецпрограммах более чем на 40 фестивалях.

 

– Расскажи о фестивальном маршруте своей короткометражки «Таксист», которая, как мне известно, также получила положительные отзывы на различных конкурсах.

– «Таксист» получил сразу два приза на фестивале «Киношок» – приз за лучший короткометражный фильм от жюри Российских кинопродюсеров и приз «Слон» от гильдии Российских кинокритиков. Затем фильм получил награду на фестивале реального кино «Кинотеатр.ДОК» с формулировкой «За наглость и поэзию». Это очень престижная награда от фестиваля-создателя целой эстетики в новом русском кино. После этого мне предложили переехать в Москву и поменять гражданство – только режиссеры-граждане РФ могут получать поддержку на свои проекты от Государственного комитета по кинематографии. Менять паспорт я отказался. Тогда мне предложили принять участие в киноальманахе о Москве. Режиссеры из бывших республик СССР должны были снимать по короткометражке о столице России. Все было готово к съемкам, но грянул кризис, и сейчас проект приостановлен. Но российские продюсеры – все еще открытый вопрос для меня...

А побывал фильм и в Риме, и в Тампере, и в Бристоле, и даже на Бермудских островах, был показан в кинотеатре «Крокодил» в Берлине. Принимали хорошо везде, но, на мой взгляд, были трудности перевода. Фильм состоит из настоящих херсонских историй, в нем снимаются настоящие жители Херсона, которые играют преимущественно самих себя. И, конечно, английскими субтитрами это не передать.

 

– Какие вы видите пути развития украинского кинематографа? Только ли деньги смогут восстановить нашу киноиндустрию? 

– Сейчас в Украине только появляются свои продюсеры, система кинотеатров и дистрибуции. Пока вся эта система слишком слаба, чтобы окупить полнометражный игровой фильм. Поэтому, чтобы развивать украинское кино, нужно создавать на него моду, делать как можно больше новых фильмов на реальной уникальной здешней жизни и распространять их в европейской системе дистрибуции. Так создали моду на свое кино румынские режиссеры, и теперь продюсеры со всего мира с радостью с ними работают. И румынские зрители неожиданно стали ими гордиться и ходить в кинотеатры на их фильмы. И они окупаются! Вообще, все пути развития уже давно изобретены. В Европе существует организация «EUROIMAGE», которая позволяет продюсеру получить деньги на развитие кинопроекта и частично на его реализацию. Самое сложное – начать. Украина не входит в «EUROIMAGE», поэтому европейским продюсерам неинтересно работать с нашими режиссерами. Даже те продюсеры, которые не нуждаются ни в чьей поддержке, не рискуют работать в Украине, ссылаясь на наши законы – они не защищают их инвестиций. Все говорят, мол, вы начните проект своими силами, а мы подключимся на стадии пост-продакшина, озвучивания, дистрибуции. В сложившейся ситуации в Украине начать арт-хаузный кинопроект может помочь только Минкультуры.       Снимать же на чистом энтузиазме можно только раз или два. Если получается, становится интересно реализовывать новые, более сложные идеи на качественном уровне, с хорошими актерами, специалистами и техникой. Если все молодые режиссеры будут до бесконечности «набивать руку» любительской камерой у себя во дворе, то откуда возьмется новое кино? И самое нелепое – бояться вложить деньги в молодых, непроверенных людей. Доверить снять первый фильм – это самая важная часть кинообразования. Гораздо безответственнее доверять деньги людям, которые из года в год валяют какую-то бледную предсказуемую муть.

 

– Вы снимали клип на песню «Екатерина» группы «ВВ». Как поступило предложение снимать это видео? Как работалось с Олегом Скрипкой?

– Олег увидел мой фильм «Стены и двери» на фестивале «Молодость» и предложил поработать. У него была идея будущего клипа, и мы вместе с оператором Андреем Лисецким помогли превратить ее в сценарий и сняли. Олег хотел сделать клип, похожий на трейлер к героико-историческому фильму. Такую мистификацию, будто история Украины обернулась иначе и в фильмах славили не большевиков, а совсем других героев. Работать было интересно и легко, Олега все узнают на улицах и почему-то пытаются угостить. Владельцы ресторанов дарят диковинные бутылочки, а дамы за соседним столиком просят автограф для своих детей. Помню, как-то вечером после дня поисков натуры мы выехали к реке. Олег предложил искупаться. Только мы зашли в воду, на берегу появилась тучная дама. Она протерла глаза и как за кричит: «Скрипкааааа-а-а!». Оказалось, за холмом в палатках стоял детский лагерь, и на зов воспитательницы выбежала целая орава детей – смотреть на купающегося Скрипку. А в основном, конечно, всенародная любовь в организации съемок очень помогает.

 

– Чем занимаетесь сейчас?

– Вместе с немецким продюсером ищу деньги на документальный фильм «Дядя Вова» и жду запуска игрового фильма «22-24» при поддержке нашего Министерства культуры. Это кино о девушке, которой вследствие роковой семейной традиции нужно выйти в 22, а родить ребенка в 24. Заграничных продюсеров, готовых подключиться в процессе съемок, я уже нашел.

 

– Вы учились в институте имени Карпенко-Карого. Много ли дал факультет кинематографии и телевидения?

– Лично мне киновуз дал две вещи. Во-первых, мой мастер Юрий Герасимович Ильенко повернул мозги в нужном направлении. А во-вторых, там встретил своих единомышленников, с которыми работаю до сих пор.

 

     14 мая 2009 года, Вадим Ерченко, газета «Правда»

Ретроспектива

Август 2018 (1)
Январь 2018 (1)
Декабрь 2017 (5)
Ноябрь 2017 (2)
Октябрь 2017 (5)
Сентябрь 2017 (5)

Календарь

«    Сентябрь 2019    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30